Фото автора

Соседи делают ремонт. Я привыкла и даже слышу свои мысли. Пытаюсь понять, что в Праге звучит также: сливается с обыденным шумом, но время от времени напоминает о себе, возвращая тебя в реальность…

Если не вслушиваться, каждый город – сплошной шум. Ты бежишь и не пытаешься разобраться, откуда доносится гудок автомобиля, кто кашлянул громче, чем стоило, кто выругался, упал, шмыгнул носом, хлопнул дверью, зашуршал оберткой. Если включить мелодию «под настроение», то городские пейзажи накладываются друг на друга, превращаются в клип. И, выходит, что уже неважно в каком ты городе, все мелькает, но остается незамеченным.

Наверное, поэтому ни я, ни те, кого я расспрашивала, не смогли сходу ответить, как звучит Прага. И все-таки есть один звук, который я, честно говоря, хотела бы назвать в последнюю очередь, но он приходит на ум первым. Уж слишком непоэтично получается, что красивейший европейский город ассоциируется со звуком приближающегося трамвая…

Но именно этот звук напоминает, что пришло время поднять голову, разглядеть светящийся номер на вагоне, поправить шарф, застегнуть карманы, наконец, убавить громкость в наушниках, чтобы не мешать сидящему в трамвае чеху читать книгу. В худшем случае, он извещает, что тебе стоит ускориться, разогнаться, чтобы успеть залететь в еще открытые двери.

Поющего тебе из наушников вполголоса музыканта будет перебивать женщина. Она с выражением сообщит, какая остановка следующая, напомнит, есть ли рядом метро, ненадолго замолчит. Ее выразительный мягкий голос и фраза «Příští zastavka...» будут повторяться на каждой станции. Когда я приезжала в Прагу туристом именно этот голос, в первом же трамвае до центра, напоминал мне, что путешествие началось. Сейчас эти звуки будят меня, если по пути на учебу я слегка задремала. Изредка они приносят с собой ностальгию, напоминая, что когда-то я и правда была здесь впервые, пялилась в окна трамваев, смеялась над шершавой чешской речью, фотографировалась на каждом углу. 

 

 

Наверное, тогда мне не приходилось заставлять себя услышать, как глухо и приятно стучат колеса автомобилей по мощенным булыжниками дорогам. Тогда я еще удивленно оборачивалась на каждое сказанное кем-то по-русски слово, останавливалась под Астрономическими часами на Староместской площади и ждала, когда они начнут бить. Тогда бы я, наверное, сказала, что Прага – это барабаны, гитара, джазовый ансамбль, в общем, уличные музыканты с их мелодиями, собирающими шумных туристов в круг на этой же площади, клацанье монеток, летящих в шляпу артиста, неуверенные и короткие аплодисменты. Я бы описала, как плещется Влтава под Карловым мостом и как лебеди ворчат на уток, которым достается всегда больше хлеба.

Но сейчас я слышу, как моя красно-белая «девятка» гудит где-то недалеко, вот раздается протяжный звон, предупреждающий нетерпеливого пешехода, что перебегать улицу уже поздно.  Дорога слегка загибается вправо, трамвай шумно и послушно поворачивает вместе с ней. Колеса трутся о рельсы, неприятно скрипят, раздается скрежет и, кажется, что сейчас же полетят искры. Но все идет по плану, минута в минуту трамвай прибывает на остановку, двери открываются и под доброжелательное «тулулум» из них неспешно выходят пассажиры. Тех, кто ждет на остановке, трамвай подгоняет истерическим визгом (двери вот-вот закроются). Наверняка, в последнюю секунду в вагон запрыгивает девушка. Все слышат ее тяжелое дыхание и представляют, как она радуется, что успела войти. «Příští zastavka...», - раздается в трамвае. И снова скрежет на поворотах, протяжный звон и шипение из чьих-то наушников. Чехи не любят опаздывать, трамвай очень спешит.

Анна Худякова