Читаю по «делу Тангейзера», все, что могу найти. Ничего хорошего, конечно, не находится. И от чтения становится только хуже. Но — ищу и читаю снова. А вдруг?.. Вдруг кто-то найдет аргументы? И особо убедительно скажет: опомнитесь, господа! И все опомнятся, и подумают: и вправду, что это мы? С какой это стати мы требуем от других, чтобы они поступали так, как нравится нам? Почему это мы даже разобраться не хотим, а сразу подаем в суд и угрожаем? И так далее.

Наверное, такого не случится. Хотя может случиться многое другое. Например — обязательный предпросмотр спектаклей на предмет благонадежности и политкорректности. Например — жалобы и претензии недовольных зрителей, на которые учреждениям искусства надо будет реагировать. Возможно, письменно. И так далее. Положим, меня такими перспективами не удивишь. 

Я еще помню перепечатанные на машинке и вручную переплетенные книги, которые, конечно, взрослые ставили во второй ряд книжного шкафа, чтобы самиздат не бросался в глаза случайным гостям. И антенну помню в виде длиннющего провода, который дед выбрасывал в форточку, и ловил на трескучем приемнике зарубежные радиостанции. Дед хотел получать полную информацию о событиях . Чтобы было, над чем размышлять. И ничего — выжили, в смысле, — читать не разучились.

Конечно, потом, когда обнаружилось, сколького же мы были лишены, — каких книг, фильмов, спектаклей — стало обидно. Потому что не должно неотъемлемое право человека на самообразование и духовное развитие (под которым в этом контексте я понимаю приобщение к культурным ценностям) даваться с таким трудом. А иногда и риском. Но — мы-то ладно. Мы — зрители, читатели, слушатели. Кто хотел — наверстал. А некоторые авторы наверстать не успели. И с этой утратой, конечно, смириться невозможно. Остается что? Осмыслить и сделать выводы на будущее?

Будущее подкралось неожиданно и не с той стороны, откуда ждали. Претензии к режиссерам, литераторам, художникам, даже вот — к директору театра? Не от властей, заметьте. От части сограждан. Претензии с ощущением права указывать художникам, как именно им творить? Остается только руками развести. И предложить для начала почитать книжки, в том числе и русскую классику, тщательнее изучить историю Отечества и вообще мировую историю.

Но в том-то и дело, что для аргумента «я не читал и не смотрел, и не буду! Но осуждаю и призываю…», — нет необходимости ни читать, ни знать, ни думать. И встречный аргумент повисает в воздухе. А хочется диалога спокойного и достойного. Хочется доводов, к которым прислушаются не потому, что я кричу громче. Хочется договориться с теми, с кем я живу в одном городе. Большом и любимом городе. Центре науки и культуры с интеллигентным населением.

И один такой аргумент, от которого не отмахнуться, нашелся. Увольнение директора Новосибирского государственного академического театра оперы и балета Бориса Мездрича. Обещал «не сдать спектакль и пойти до конца». И сделал, что обещал. Потеряв при этом театр. Но сохранив то, ради чего мы, несмотря ни на что. Высказывание, сильнее того, которое сделал экс-директор экс-НГАТОиБ — молча приняв увольнение, в нынешней ситуации я себе представить не могу. Одно дело — покричать на площади, И совсем другое — поступком доказать, что есть ценности, ради которых стоит сознательно поступиться не только благами, но и возможностями.

Похоже, советы читать книжечки и изучать историю — не самые плохие? Вдруг, кто-нибудь, да услышит?

Post skriptum. Поскольку этот немудрящий текст — авторская колонка, то ответственность за его содержание несет исключительно автор. И его мнение вполне может не совпадать с мнением редакции.